Это поистине вечные российские вопросы! Когда-то Путин признался иностранным журналистам в одиночестве: "После смерти Махатмы Ганди поговорить не с кем". Теперь, похоже, жизнь налаживается: у марафонского гребца на галерах наконец-то появился достойный собеседник.

Который почему-то не счел нужным опуститься с горных высот своего профессионализма до грубых приземленных вопросов — о взрывах домов в 1999 году и гибели подводной лодки "Курск", о взаимоотношениях с Березовским и дружках-миллиардерах из списка Forbes, о разгроме НТВ и "ЮКОСа", о трагедиях в "Норд-Осте" и Беслане, об убийствах Политковской и Литвиненко, о массовых фальсификациях на выборах, о деле Магнитского и антисиротском "законе подлецов", о делах Pussy Riot, Навального, Удальцова, "болотных узников" и о многом, многом другом, из чего складывается образ путинской России.

О том, что способность к мимикрии в крови у звезд российской журналистики, писал еще Андрей Пионтковский: "Телевизионная звезда Владимира Познера, взошедшая на телемостах в эпоху горбачевской перестройки и продолжавшая уверенно светить при Ельцине, достигла своего апогея именно в период путинского застоя… Можно не сомневаться, что и на телевидении свободной России мы увидим, как Познер с таким же сосредоточенным видом расспрашивает Навального или Удальцова о преступлениях кровавого путинского режима, сокрушенно покачивая головой: "Как же многого мы тогда не знали, сынок!"