Конституционный Зуд Российской Федерации
Jul. 15th, 2015 08:53 pmОригинал взят у
slun60 в Конституционный Зуд Российской Федерации
Для затравки - цитата.
Угадайте - кто сказал. С трёх, допустим, раз. Нет, не Путин, хотя слово "скрепа" присутствует. И не Гундяев. И не Зюганов. И не Проханов.
Это сказал большой любитель скреп, российский юрист, профессор, доктор юридических наук, Заслуженный юрист Российской Федерации, судья и председатель Конституционного суда Российской Федерации в 1991 − 1993 гг. и с 2003 г. и по сей день, Валерий Зорькин.
Существо с рожей плаксивой шлюхи, однажды, в 1993 году, уже поставившее страну, своей любовью к скрепам и прочей средневековой шелухе, на грань катастрофы.

Это существо, как и положено любой замороченной шестёрке, вцепилось мёртвой хваткой в словечко, подкинутое хозяином свинопсарни, и вот из текста в текст кочумают зорькинские скрепы, как замена светлому образу дорогого ему самодержца.
Вы послушайте, что несёт этот, по сути - верховный судья России:
То есть для председателя Конституционного суда, органа, трактующего основной закон, а значит - определяющего путь развития правовой и государственной системы - вопросы права второстепенны!
И дальше он может блакать что угодно. Для него, юриста, вопросы права вторичны. Для него главное - идеология. Исходя из его же признаний - идеология крепостничества. Великий знаток конституционного крепостного права...
Приехали.
При всех издержках крепостничества именно оно было главной скрепой, удерживающей внутреннее единство нации.
Угадайте - кто сказал. С трёх, допустим, раз. Нет, не Путин, хотя слово "скрепа" присутствует. И не Гундяев. И не Зюганов. И не Проханов.
Это сказал большой любитель скреп, российский юрист, профессор, доктор юридических наук, Заслуженный юрист Российской Федерации, судья и председатель Конституционного суда Российской Федерации в 1991 − 1993 гг. и с 2003 г. и по сей день, Валерий Зорькин.
Существо с рожей плаксивой шлюхи, однажды, в 1993 году, уже поставившее страну, своей любовью к скрепам и прочей средневековой шелухе, на грань катастрофы.

Это существо, как и положено любой замороченной шестёрке, вцепилось мёртвой хваткой в словечко, подкинутое хозяином свинопсарни, и вот из текста в текст кочумают зорькинские скрепы, как замена светлому образу дорогого ему самодержца.
Вы послушайте, что несёт этот, по сути - верховный судья России:
Я не являюсь безоговорочным поклонником той традиции, которую олицетворяет Древний Рим с его юридической щепетильностью.
То есть для председателя Конституционного суда, органа, трактующего основной закон, а значит - определяющего путь развития правовой и государственной системы - вопросы права второстепенны!
И если бы Россия продолжала оставаться страной духовно-центрической, то есть делающей ставку на идеологический, а не правовой консенсус, как это было и в православный, и в коммунистический период, то правовая проблематика не имела бы для нее столь судьбоносного характера.
И дальше он может блакать что угодно. Для него, юриста, вопросы права вторичны. Для него главное - идеология. Исходя из его же признаний - идеология крепостничества. Великий знаток конституционного крепостного права...
Приехали.