Бывший узник лагеря Освенцим 89-летний Адолек Кон танцует в майке с надписью "Survivor" ( последний оставшийся в живых ) вместе дочкой и внуками перед воротами лагеря смерти.Идея клипа принадлежит 52-летней дочери Кона художнице Джейн Корман.
Вот что она рассказала:– Когда я рассказала отцу, что хотела бы видеть его танцующим, он очень быстро понял, чего я на самом деле от него хочу. Отец поддержал меня и сказал: "Да, мы страдали, мы были унижены, но теперь мы будем танцевать!"
Мы показали наше видео сначала на выставке в Австралии в декабре 2009 года, и я услышала много жестокой критики. Ждала ли я чего-то подобного? Не знаю... Скорее – нет! Конечно я понимала, что работаю над проектом, который заденет многих, и понимала, что будут как те, кому это понравится, так и другие, кто это не примет. Жаль, что еврейская община Австралии отказалась меня поддержать. Она гораздо более консервативна, чем, например, люди в Израиле, которые более открыты, в том числе и для экспериментов. Они допускают разные способы и художественные формы выражения идей.
В Израиле большинство отзывов были позитивными. Я, конечно, сужу в основном по отзывам на портале You Tube . Там были и отзывы ненависти – например, было написано "Умри, еврей!" Были люди, которые находили сделанное безвкусицей. Я понимаю их. Моя мать, например, отказалась участвовать в нашей затее. Когда началась война, ей было 14 лет. Она ходила в польскую школу, а отец – в еврейскую. В школе мама долгое время сталкивалась с ненавистью к евреям и, как она выразилась, у нее были свои битвы на этом фронте. Она до сих пор помнит о том, что ее и ее семью нацистам выдали польские соседи. Для нее ступить на землю Освенцима было невозможным, это было бы для нее эмоциональным шоком. Ведь там в возрасте 16 лет она последний раз видела свою маму, которой было тогда всего 36.
Я все это понимаю, но мой ответ таков: мы танцуем наш танец радости в этих местах ужаса. Если бы мы делали это где-нибудь на улице в Австралии или в Израиле, то воздействие не было бы таким. Для меня было важным сделать этот мой диалог с прошлым как послание будущим поколениям и напомнить о Холокосте, о том, какой ужас могут породить предрассудки. Я хотела вызвать новые чувства и мысли по этому поводу, навести людей на размышления. Это, как я вижу и происходит.